оглавление   Выбор                                                               Впервые Эстир увидел ее возле ручья у окраины леса. Она, похоже, пришла туда за водой, но забыла о своей цели. Он стоял, укрывшись за стволом дерева, вот уже полчаса, а она все не шевелилась. Забытый кувшин лежал рядом на траве, а девушка сидела, опустив ноги в ручеек и о чем-то задумавшись. Она не была красавицей даже с человеческой точки зрения, а уж эльфам лица смертных всегда кажутся резкими и грубыми. Но в ее позе было столько грации, покоя, изящества. Эстир невольно залюбовался, как любовался бы прекрасным пейзажем или звездным небом. Однако время шло, а ему нужно было спешить. Он мог бы исчезнуть так же бесшумно и незаметно, как появился, просто раствориться в тени деревьев, но что-то не давало так поступить. Наконец он решился и шагнул из-за дерева вперед, на свет.     Девушка не испугалась, не вскочила - лишь подняла голову и посмотрела на эльфа. Глаза ее все еще были затуманены, она медленно возвращалась из мира своих фантазий. Неспеша поднялась, поправила юбку, подобрала кувшин. Слегка склонила голову.     - Здравствуйте, - голос у нее был довольно низкий, но мягкий.     - Здравствуйте, госпожа, - поклонился в ответ эльф. - Что делаете вы так далеко от жилья? Не нужна ли вам помощь, не заблудились ли вы?     - Нет, я не заблудилась, - улыбнулась девушка. - Я просто задумалась. Наверное со стороны это выглядело глупо, да? Кстати, не называйте меня госпожой. Мое имя - Эйрис.     - Эстир, - эльф не успел подумать, как губы сами произнесли его имя. Не в обычаях эльфов вот так, запросто, знакомиться с людьми, но эта девушка вызывала такое доверие к себе...     - Я очень рада нашей встрече, - удивительно, она говорит так просто и искренне. - Я ведь еще никогда не видела эльфа так близко.     - Вы живете в Грайле? - это была небольшое поселение людей в паре миль вверх по реке.     - Да, я недавно приехала сюда, - у нее такие странные глаза. - Мои родители умерли и тетушка пригласила меня пожить у нее.     - И вы пошли за водой одна, так далеко?     - Да, - действительно странные глаза, зеленые-зеленые, как молодая листва весной. - Мне хотелось увидеть ваш лес. Про него рассказывают столько интересного.     - Вам лучше не заходить в лес одной. Наши дозорные не любят чужаков.     - Неужели я выгляжу так опасно? - Эйрис засмеялась и это звучало, как горсть камешков, перекатывающихся в стеклянном бокале.     - Нет, что вы, - почему он смутился? Он же говорит только правду? - Но времена нынче непростые и приходится всего остерегаться.     - Жаль, - прядь медных волос упала ей на лоб, и взгляд ее показался эльфу одновременно озорным, смущенным и вызывающим. - Мне так хотелось увидеть лес изнутри. Но к роднику-то приходить можно?     - Да, конечно. Просто..девушке не стоит бродить в одиночестве. Тем более в такое время. Смотрите, пока вы дойдете до деревни, успеет стемнеть.     - Я не боюсь темноты. Я люблю звезды, - ее лицо так быстро меняет выражения, это просто завораживает.     - Может быть, я провожу вас до дома? - зачем он сказал это, ему же нужно спешить?     - Спасибо, конечно, но, думаю, я дойду сама. Благодарю вас за заботу и за предупреждение. Я не буду заходить в лес. Но я обязательно вернусь..за водой, - подхватив наполненный кувшин, девушка поставила его на плечо, взмахнула свободной рукой, улыбнулась в последний раз и легко зашагала по тропинке к деревне. Ее светло-зеленое платье скоро исчезло в надвигающихся сумерках, но эльф еще какое-то время стоял, глядя на тропинку. Потом встрепенулся, покачал головой и отправился по своим делам - его ждали с вестями с Северного края леса.     ...    Какое-то время дела не заводили Эстира в те края, и он почти забыл о странной девушке. Но спустя пару недель он оказался совершенно свободен и ноги сами понесли его к роднику на окраине леса. И он почему-то совершенно не удивился, увидев на берегу Эйрис, все в той же позе склонившуюся над водой. Она, кажется, тоже не удивилась. Подняла голову, улыбнулась радостно и приветливо.     - Здравствуй, Эстир!     - Здравствуй, Эйрис, - странно, они же видят друг друга во второй раз, почему ему так легко говорить с ней?     - Я теперь здесь часто бываю, - солнце зажигает в зеленых глазах золотистые искорки, они пляшут, как солнечные зайчики на воде. - Изучила уже все окрестности. Но в лес не ногой - я же обещала? Здесь так красиво.     - В лесу есть места еще прекрасней, - неожиданно для самого себя произнес эльф. - Совсем неподалеку есть поляна с молодыми березами. Когда луч солнца падает на них, кажется весь воздух становится светло-зеленым, искристым. А подальше на востоке есть каменный грот с родником. Оттуда такой замечательный вид, и вода по камням, как по струнам...     - Хорошо, - Эйрис задумчиво наклонила голову, опустила ресницы, - как же хорошо! Ты так замечательно рассказываешь - можно легко представить даже то, чего не видела.     - Я могу показать тебе, - да что он такое говорит? - Со мной ты можешь спокойно пройти сквозь лес, тебя никто не тронет.     - Правда? - она вскочила быстро и легко, откинула назад волосы. - Ты правда покажешь мне лес?     - Конечно! - эльф протянул девушке руку, - пойдем со мной.     Они бродили, позабыв про время. Эстир показывал ей свои любимые места, рассказывал про лес и его обитателей. Эйрис радовалась любой мелочи - взобравшаяся на дерево белка, усыпаный цветами куст ежевики, маленькие елочки, достающие ей лишь до пояса - все вызывало счастливые возгласы. Березовая поляна привела ее просто в восторг, она кружила между стволами, обнимала их, подняв голову к небу и это походило на странный, но прекрасный танец. Грот же напротив, заставил ее замолчать, она опустилась на камни и долго смотела на красное солнце, опускающееся за кромку леса, и только песня родника нарушала тишину. Когда уже стемнело, эльф вывел девушку из леса и, не смотря на протесты, довел почти до самой деревни. Она взяла его за руку, серьезно посмотрела снизу вверх:     - Спасибо тебе, Эстир. Сегодня ты показал мне чудо. Я никогда не забуду этот день, - с этими словами он повернулась и кинулась домой.     ...    Стоит ли говорить, что эта встреча не была последней. Их было много, этих дней, посвященных прогулкам по лесу, разговорам обо всем на свете. У Эйрис оказался живой, пытливый ум, ей очень хотелось знать все, не просто знать, а понимать, как растет трава, куда летит стрекоза и почему созвездия называются так, а не иначе. Разговаривать с ней было одно удовольсвие и их беседы постепенно переносились от окружающего леса к вещам далеким и великим, к делам прошлого, к судьбам народов. В такие минуты Эстир совершенно забывал, что его спутница - смертная, так близки оказались их пристрастия и взгляды на мир.     Не всегда они бродили одни, ибо в лесу ничего невозможно утаить от глаза эльфа-разведчика. Первым их заметил Мерилар. Он появился неожиданно, просто шагнул из-за ствола дерева. Конечно Эстир почувствовал его раньше, но он не думал, что приятель захочет показаться. Эйрис прореагировала на появление дозорного на удивление спокойно, лишь слегка сжала руку Эстира. Мерилар грациозно поклонился, кивнул другу, сказал с едва заметной усмешкой:     - Может, познакомишь меня со своей спутницей?     Девушка вскинула голову, отбросив назад вечно непослушную челку:     - Меня зовут Эйрис, - она протянула эльфу руку. Тот, похоже, не ожидал, что она заговорит сама, слегка смешался, потом все же взял протянутую руку.     - Мерилар, к вашим услугам.     Эстир не знал, что было на уме у приятеля вначале, но тот быстро покорился обаянию девушки, и через несколько минут они уже громко смеялись все втроем над одной из его шуток.     Разумеется, Мер не утаил своего открытия и уже тем же вечером в северном дозорном отряде только и разговоров было, что о смертной подружке Эстира. Он старался пропускать мимо ушей дружеские шутки и подначки, но впервые в тот вечер он почувствовал тоненький укол в сердце. Однако при следующей же встрече с Эйрис он забыл все сомнения и просто радовался каждой минуте.     С тех пор они частенько встречали в лесу других эльфов. Похоже, всем хотелось посмотреть поближе на это загадочную смертную. Эйрис одинаково радовалась каждой встрече, она одинаково открыто и искренне улыбалась всем новым знакомым, и никто из них не мог сдержать ответной улыбки.     ...    Однажды они сидели на берегу лесного озера, любуясь на недавно распустившиеся кувшинки. Эйрис сетовала, что их нельзя унести с собой - слишком быстро вянут сорванные цветы.     - Да и в воде их век недолог, - ответил эльф. - Смотри, сколько времени растет цветок, скрывается под водой, тянется к поверхности. И все это чтобы сверкнуть своей красотой и через несколько дней исчезнуть навсегда.     - Но он принесет семена, даст жизнь следующему поколению, - возразила девушка.     - Это так похоже на жизнь смертных - вы тянетесь вверх, к свету, чтоб сверкнуть и уйти опять во тьму, - он и сам не понял, откуда взялись эти мысли, обычно он просто забывал об их с Эйрис различиях. Эльф вдруг почувствовал смущение, стыд. - Извини, я не должен был.     Девушка прикрыла ему рот рукой:     - Все в порядке, все правильно. Для вас это, наверное, кажется странным, но для людей это естественно. Мы не боимся говорить о смерти, - тут она подняла на эльфа задумчивый взгляд. - Скажи, Эстир, а сколько тебе лет?     - Пятьсот двадцать один, - зачем она это спросила? - для эльфа это совсем мало.     В ее глазах мелькнуло что-то непонятное.     - Надо же, ты старше меня ровно на пол-тысячелетия, - Эстир опять почувствовал этот укол в сердце. - Мне только двадцать один. Но я уже успела многое потерять. Скажи, как же вы выносите это, ведь чем дольше живешь - тем больше потерь? Или со временем к этому привыкаешь?     - Нет, к этому нельзя привыкнуть. Поэтому, пожалуй, в наших песнях так мало веселья и так много грусти. Потому что мы видим, как меняется мир вокруг нас, как уходит то, что было нам дорого и ничего не можем поделать. Остается только память. Память...горькое утешение...Мы никогда ничего не забываем.     Девушка внезапно вздрогнула, обхватила плечи руками, словно от холода.     - Как это, должно быть страшно. Вечно помнить и вечно оплакивать ушедших.     - Ну, с нашими мертвыми мы не прощаемся навсегда. Они ждут нас в залах Мандоса и когда-нибудь мы опять будем все вместе.     - Да-да, конечно, - пробормотала она, но взгляд у нее был остановившийся, словно она заглянула в невероятную бездну.     Эйрис вдруг заспешила, засобиралась домой. Он помог ей подняться и они зашагали в сторону опушки леса.     Как это случилось, Эстир и сам не понял. Девушка споткнулась о корень, он подхватил ее, поднял, и на мгновенье ее лицо оказалось совсем близко. Рука эльфа обхватывале ее тонкую талию, он чувствовал ее дыхание, ее запах - от нее пахло лесной малиной, которую они вместе нашли. Зрачки Эйрис расширились, она вздрогнула, словно какая-то сила толкнула Эстира вперед и их губы встретились. Поцелуй был долгим, мягким, теплым. Эльф чувствовал, как его охватывает незнакомое сильное чувство. Это не было то, что люди называют \"желанием\" или \"страстью\", эльфам эти слова не знакомы. Но будто тысячи тонких невидимых нитей протянулись вдруг между эльфом и женщиной, связали их тела, мысли и чувства и они на мгновение стали единны. И в ту же секунду оба испугано отпрянули назад.     Девушка покраснела, смущенно начала поправлять платье. Эстир не мог отдышаться - такими сильными были испытанные ощущения. Дальше они шли молча, погруженные в размышления, стараясь не смотреть друг на друга. На краю леса Эйрис повернулась к нему:     - Не нужно провожать меня дальше. Еще светло, я дойду сама, - она теперь не избегала его взгляда, напротив, не отрывала глаз от лица эльфа, но он не мог понять их выражения. Он сейчас вообще плохо соображал, поэтому лишь кивнул головой:     - До свидания, Эйрис.     Он повернулся и зашагал обратно в лес и поэтому не слышал, как она прошептала:     - Прощай, Эстир.     ...    Эстир поспешил домой. Не обращая внимания на оклики друзей добрался до своей постели и кинулся лицом на подушку. И только тогда позволил себе мысленно вернуться к пережитому потрясению.     Как же он был глуп, как сразу не понял, что происходит? Как он мог не предвидеть этого? Хотя, кто может такое предвидеть? Смертная девушка, такая искренняя и наивная, одновременно загадочная и открытая. Сначала она его заинтересовала, как диковинка, как нечто неизвестное. Потом, после долгих разговоров, он почувствовал привязанность к ней, родство душ, то, что возникает только между близкими друзьями. Потом он полюбил ее, как любят маленькую сестренку. Все эти чувства перемешались и не дали ему рассмотреть надвигавшегося. Того, что он испытал сегодня. Он никогда еще никого не любил, ни одна из эльфийских девушек не привлекала еще его внимания. Он никогда не испытывал ничего подобного, но сразу понял, что это значит. Любовь. Настоящая, огромная любовь. Полное единение души и тела. Прекрасное чувство. которое можно испытать лишь раз в жизни. И его вызвала смертная женщина.     Это было глупо, это было нелепо, это было немыслимо. Этого не поймут ни его, ни ее родичи. Но дело не в этом. Она - смертная, хрупкий цветок, бабочка- однодневка. Он не может связать с ней свою жизнь. Да, он знал, что будет счастлив с Эйрис. Несколько лет. Несколько десятков лет. Мгновения. Что бы потом потерять ее навсегда. Он потеряет ее, никогда и нигде, даже в мрачных домах мертвых там, на Западе, не увидит ее. И не сможет забыть. Он вновь услышал голос Эйрис: \"Как это, должно быть страшно. Вечно помнить и вечно оплакивать ушедших.\" Он лишь на минуту представил себе это и ему стало так страшно, что захотелось плакать.     Но нет, он не будет плакать. Он будет действовать. Пока еще он может забыть Эйрис, он может выбросить ее из головы, он может уйти и никогда не возвращаться. Он может скрыться от этой боли, избежать ее. Да, решено, он больше не должен видеться с Эйрис, он займется делами, он переберется в другое место, где ничего не будет напоминать о ней.     Но совесть не позволила ему просто исчезнуть, поэтому следующим утром он отправился в деревню. Найти дом тетушки Эйрис оказалось легко, хотя люди, у которых он спрашивал дорогу, глазели на него, как на чудо. Еще бы, эльфы нечасто появлялись в человеческих поселениях, а тем более посещали дома людей. Дверь открыла пожилая женщина в длинной зеленой юбке и, невзирая на погоду, в шерстяной шали. Удивленно уставилась на эльфа.     - Простите, госпожа, здесь живет госпожа Эйрис?     Женщина посмотрела на него еще более удивленно, помолчала, покачала головой и наконец произнесла:     - Здесь, здесь она жила.     - Жила? - у Эстира заныло сердце, - Что случилось?     - Да ничего не случилось, что с ней случится-то. Уехала она, домой уехала.     - Как это, уехала?     - Да просто, как пришла вчера днем, все что-то бормотала, все вроде как спорила с кем-то. Потом пособирала вещи свои и уехала назад, в Дорим. Там-то ее родителей домик остался. Вот и уехала, и ничего не сказала, почему да что случилось. Ох, странная она девка, всегда странная была, а тут вроде как совсем помешалась. - Старуха еще долго могла продолжать, но эльф не слушал ее, повернулся и медленно спустился с крыльца.     Он шагал по дороге, и на душе было пусто и тоскливо. Почему она уехала? Может, его поступок обидел ее? Что бы там ни было, но отъезд Эйрис облегчал ему выбор. Теперь он должен просто забыть ее, не думать о ней, выбросить из головы, и все будет хорошо. Все будет как раньше, до их встречи.     ...    Это было настоящим мучением. Эстир отлично выполнял все поручения, примерно нес службу, но остальное время находился словно в полусне. Пока Эйрис была рядом, он мог словно бы и не думать о ней, но теперь... Чем сильнее он старался ее забыть, тем больше вспоминал о ней. Любимые места потеряли всю свою прелесть. Среди белоснежных березовых стволов ему чудилась ее тонкая фигурка. Родник в лесном гроте пел ее голосом. Блики солнца на зеленой листве напоминали о ее глазах. Пришла осень и холмы окрасились в медный цвет - совсем как ее волосы. Друзья пытались развеселить его, устраивали веселые пирушки с вином и песнями - без толку. Все, о чем он мог думать, это - что Эйрис сказала бы про эту песню или как Эйрис смеялась бы над этой шуткой.     Он не выдержал, попросил перевести его в стражу Восточного края. Там часто происходили стычки с орками, и Эстир надеялся, что опасность вытеснит Эйрис из его мыслей. Всю зиму они провели в непрерывных боях - орки что-то совсем обнаглели, все время пытались проникнуть вглубь леса, появились так же и злобные люди, пришедшие тоже с востока. Не раз он оказывался на волосок от смерти, не раз безрассудно кидался вперед, рискуя жизнью. Но судьба хранила его и ни одна стрела, ни один меч не коснулись его. И стоило только наступить затишью, Эйрис возвращалась к нему. Он видел ее во сне, он грезил о ней наяву.     Наступила весна, орки затихли, притаились в своих горах. Эстир решил попробовать еще одно средство. Неподалеку находилось небольшое поселение эльфов. Он стал часто бывать там, знакомиться с эльфийскими девушками. Они с удовольствием общались с ним, потому что он был красив, силен и все были наслышаны о его подвигах. Но ни одна из них не могла сравниться с Эйрис. Он знал, что это нелепо, что они все во много раз красивее ее. Они не были также глупыми, они читали множество древних книг, о которых она и понятия не имела. И все же... В любом разговоре он постоянно ловил себя на мысли: \" А Эйрис бы сказала...\"     Весна медленно превратилась в лето. Лес был наполнен солнцем, пением птиц, запахами цветов и малины. Боль в душе Эстира стала привычной, как будто ржавый наконечник стрелы застрял навсегда в ране. Он ходил грустный и мрачный и другие эльфы начали сторониться его. И вот, в середине лета он был назначен в отряд, что сопровождал королевскую делегацию, направляющуюся к родичам, жившим на западе.     Эстир давно перестал надеяться, что дорожные заботы и опасности помогут ему забыть свою боль. Он выполнял, все что должен был делать, но его не покидало чувство, что от него осталась лишь движущаяся оболочка. Они пересекли лес и двинулись через земли людей. Ехали, восновном, ночью, избегая встреч со смертными. И однажды в лунном свете Эстир увидел на дороге указатель. Обычный указатель, стоящий на перекрестке, с названиями ближайших поселений. Но надпись на одной его стороне всколыхнула в душе воспоминания. Дорим. Дорим...туда уехала Эйрис, там дом ее родителей. И что-то дрогнуло внутри, что-то словно разорвалось. Он поторопил лошадь, подъехал к Фаренделю, командовавшему отрядом:     - Мне нужно в этот поселок.     - Эстир, мы стараемся пердвигаться незаметно. Мы не можем заходить в человеческие поселения. Да и зачем тебе?     - Мне обязательно нужно туда. Пожалуйста, - то ли что-то в его голосе тронуло командира, то ли тот вспомнил что-то, что слышал об этом странном молчаливом эльфе. Он кивнул головой.     - Хорошо, я не буду мешать тебе. Но если ты там задержишься - возвращайся в лес, не нужно догонять нас, мы дальше будем идти еще более скрытно.     Эстир коротко попрощался и галопом направил лошадь по дороге.     ...    Была глубокая ночь, но стражник на воротах так удивился, увидев стучавшего эльфа, что пропустил его безо всяких распросов. Эстир тоже не стал ничего спрашивать. Его словно вело что-то, тянуло за собой. Это был маленький дом на окраине поселка, единственный, в котором в это время горел свет. Эльф оставил лошадь у калитки, взлетел на крыльцо, толкнул дверь. Он ни секунды не сомневался и совсем не удивился, увидев поднимающуюся из кресла Эйрис.     Зато она удивилась. Зеленые глаза распахнулись на поллица, в них отражались удивление, радость, боль...все вместе. Она молчала. Эстир шагнул вперед, взял руки девушки в свои, попытался найти подходящие слова, не смог и, наконец, спросил:     - Почему ты уехала?     - Потому что я люблю тебя, - она смотрела прямо, слегка вызывающе. Как давно он не видел этих глаз!     - Я люблю тебя, - ответил он ей. Слова прозвучали так просто и естественно, что он удивился, почему сопротивлялся раньше.     - Но ты эльф, а я - смертная. Нам нельзя быть вместе.     - Я люблю тебя, - повторил он.     - Нет, нет. Ты бессмертен, ты не изменишься, а я состарюсь и умру. Что с тобой будет тогда? Я не хочу, чтоб тебе было больно, не хочу.     - Глупая! - он прижал ее к себе, погладил по волосам. - Мне было так больно без тебя. Ничто не может быть хуже.     Она тихонько всхлипнула:     - Мне тоже было больно. Я каждый день думала о тебе.     - Я знаю. Мы оба были неправы. Но теперь мы всегда будем вместе.     - Всегда? Но я не могу жить всегда!     - Значит, мы будем радоваться тому времени, что нам дано. Будем радоваться каждой минуте, каждой секунде. А когда оно закончится, я буду помнить тебя. Всегда, вечно, до самого конца Арды я буду помнить тебя.     - Тебе будет больно!     - Нет, мне будет радостно. Потому что это будут светлые воспоминания, воспоминания о прекрасном. Я не буду оплакивать нашу жизнь, я буду радоваться, что она у нас была. И в моих воспоминаниях ты всегда будешь со мной.     - Ты уверен?     - Да. Это мой выбор. А ты? Ты согласна?     Она лишь улыбнулась той улыбкой, по которой он так скучал. И потянулась губами к его губам.     ...    Ночной стражник долго провожал взглядом эту необычную пару, вышедшую из поселка на рассвете. Эльф и женщина шли, взявшись за руки, и лица их светились странным светом. Они скоро скрылись в утреннем тумане и мало кто из людей или эльфов знает, что было с ними дальше. Но они сделали свой выбор, и никогда не пожалели об этом. © Rohirrimka оглавление